О добрачных связях и первых опытах мужчин до революции
модная гравюра 19 века
Официально мораль Россий империи была весьма консервативна. Когда речь шла о добрачных связях, церковь имела однозначную позицию: это неприемлемо и для женщин, и для мужчин. Однако на практике отношение к мужчинам было гораздо лояльнее. Так с кем "набирались опыта" и проводили досуг мужчины до революции?
Чтобы утолить то, что стыдливо называли «половым чувством», вариантов у холостяков было несколько. И самый общественно порицаемый из них – как ни странно, решение вопроса во всех смыслах собственноручно. При этом если в крестьянской среде данные действия поборников нравственности беспокоили меньше (у крестьян ведь были проблемы более актуальные), то среди аристократов с этим боролись на полном серьезе. Более того, даже слова такие произносить было не принято, использовались формулировки типа «извращенное половое чувство», «тайный порок» и тд. В 1760 году авторитетный швейцарский врач Самуэль-Андре Тиссо опубликовал книгу, в которой утверждал, что все это ведет к букету заболеваний, от постоянных судорог и импотенции до проблем с сердцем и мозгом. В 1830 году во Франции вышла красочная брошюра «Книга без названия», в которой рассказывалось о славном 17-летнем юноше, который «осквернил себя» и из-за этого стал хилым, беззубым, облысел, покрылся язвами и зачах во цвете лет. Были и российские издания аналогичного содержания. В профилактических целях мальчиков часто заставляли спать, исключительно положив руки на одеяло, а пойманных за данным пороком секли розгами.
Книга без названия", 1830
дореволюционная брошюра
Удивительно, но среди аристократических слоев даже к связям со своими товарищами относились лояльнее (но все же они нормой не считались и официально были уголовно наказуемы). Особенно часто они встречались в закрытых учебных заведениях (и это не было исключительно российским явлением, в Викторианской Англии подобные отношения были даже чащи). Куприн писал, что в закрытых мужских учебных заведениях и позже существовали «уродливые формы ухаживания (точь в точь как в женских институтах «обожание) за хорошенькими мальчиками, за «мазочками». Администрация с ними боролась, но безуспешно. Остальные учащиеся смотрели на это, скорее, с юмором, чем с осуждением. А вот среди не «благородий» подобные связи встречались намного реже, и отношение было к ним отнюдь не лояльное.
Александр Маковский "Надоела" (1897)
Крестьяне и мещане решали «половой вопрос» традиционным способом, ища «полюбовниц» из своей среды. Часто среди солдаток, женщин, у которых мужья уехали на заработки в город, просто легкомысленных односельчанок, а иногда соблазняя и вполне скромных и добропорядочных девушек. Да и в целом нравы в деревнях были свободнее. Вот что пишет со слов местных жителей князь Тенишев о молодежи Владимирской губернии конца 19 – начала 20 века: «Пора половой зрелости наступает в 14 – 16 лет. Девушки внешне ее стыдятся, но между собой этим выхваляются. Парни целомудрие не хранят. Из шестидесяти особ женского пола более десяти, по подсчетам корреспондента, помогают утрате невинности парням». При этом браки в деревнях заключались относительно рано, так что вопрос целомудрия даже для скромников проблемой мог быть не долго. Примерно такая же ситуация была и в мещанской среде.
фото из открытых источников
Еще один частый вариант удовлетворения «полового чувства» - посещение "веселых домов" и девушек с пониженной социальной ответственностью (современники их уклоничиво называли "те дамы" или "эти женщины"). Лев Толстой писал в воспоминаниях, что в 16 лет братья затащили его в данное заведение. Там он и получил свой первый опыт, а потом сел на кровать и заплакал. Аналогичным способом получил свой первый опыт в 13 лет и Антон Павлович Чехов. Он дальше регулярно посещал "веселые дома", да и во время зарубежных поездок посещал и местных дам, а потом охотно делился своими впечатлениями. В автобиографическом рассказе «В лодке» Максим Горький тоже описал свой первый опыт именно с барышней с пониженной социальной ответственностью. В отличие от Толстого, ему понравилось. Некоторые руководители кадетских корпусов издавали приказы, официально разрешавшие кадетам старших курсов после медосмотра посещать закрепленный за данным училищем дом, но обязательно выше средней категории. А люди состоятельные, в том числе опасаясь заражений, часто заводили себе постоянных партнерш-содержанок. Более того, эффектная любовница была элементом престижа. Ходила даже известная байка, как Пушкин пытался поближе познакомиться с известной камелией Ольгой Массон, а та так и не пустила его к себе в дом, то ли потому что была в тот вечер занята другим клиентом, то ли из опасения заразить симпатичного ей поэта срамной болезнью.
Николай Ярошенко "Выгнали"
Но не менее часто холостые «их благородия» решали свой «половой вопрос» с собственной прислугой, а до отмены крепостного права со своими крепостными крестьянками. Связями с ними «отметились» и Пушкин, и Тургенев. Ну и все тот же Толстой, который писал: «В молодости я вел очень дурную жизнь, а два события этой жизни особенно и до сих пор мучают меня. Эти события были: связь с крестьянской женщиной из нашей деревни до моей женитьбы... Второе — это преступление, которое я совершил с горничной Гашей, жившей в доме моей тетки. Она была невинна, я ее соблазнил, ее прогнали, и она погибла». Так что у соблазненной и брошенной Катерины Масловой был прототип. А вот какую историю о своем первом опыте с прислугой из числа крепостных описывал А. М. Загряжский, симбирский губернатор: "Девки по одиночке рассказывали мне друг про друга любовные пронырства. Камердинер мой в свою очередь не умалчивал скрывать о таких же успехах. Это побудило и меня испробовать. Я отнесся о сем к одной из старших девок, она согласилась удовлетворить мое желание, и так я познал обыкновенные натуральные действия." Ходили слухи, что и любящая бабушка Лермонтова, чтобы внук-подросток не скучал, подбирала молодых и симпатичных горничных, а в случае беременности выдавала их замуж за кого-то из крепостных.
Весьма любопытны в плане изучения интимной жизни мужчин до Революции «половые перепеси» студентов, и самая примечательная из них была проведена среди учащихся Московского университета 1904 года. Им предложили анонимно заполнить анкету с 208 вопросами (отвечать можно было не на все) в том числе о своей личной жизни. Получено было 2150 анкет, примерно от половины всех студентов ВУЗа. Согласно ответам, портрет среднестатистического студента такой: 19-21 год (96% опрошенных), городского происхождения (80%), из средних и обеспеченных слоев общества (ниже среднего благосостояние своей семьи оценили только 20%). И вот какие интересные результаты.
Ранее проявление полового чувства у себя отметили 92%, и они приписывали это книгам и картинкам (24%), уличным впечатления (17%), поведению товарищей (14). Семейное половое воспитание у большинства опрошенных сводилось к моральным наставлением и запугиванию опасностями "срамных" и психических (на почве «тайного порока») заболеваний. Разъяснения же о физиологических процессах получил лишь каждый восьмой, да и те в 62% от товарищей. Сомнительные предложения от лиц мужского пола в школьные годы получали 12%, из них 86% от товарищей и 13% от учителей. Первый опыт до поступления в университет уже имели 67%. Среди них половина впервые получила его в 14-17 лет, 22% в 16 лет. Первой женщиной у 41% была "та дама", у 39% - прислуга, у 10% замужняя женщина. . Ну и самое грустное – 25.3% студентов страдали "срамными" заболеваниями.